Рубрики



Новости
20.12.2009
Читайте электронную версию газеты на нашем сайте!
номер: #3(55) 2007

Шлифуй на нары, заусенец!

    Один из героев рассказа Апдэйка — подросток — говорит: «Взрослеть – все равно что умирать». Это очень точное определение мы с мужем воочию наблюдали и прочувствовали ту психологическую и физиологическую ломку, который претерпевала наша дочь в этот период перехода от детства к отрочеству и юности.
    
Шлифуй на нары, заусенец!  (молодежная газета ПАЛЬМА)

    Для нас, как, думаю и для большинства родителей, она все еще оставалась маленькой. На самом деле, это очень выгодно родителям, поскольку избавляет их от необходимости менять манеру поведения и общения с ребенком даже тогда, когда он всем своим видом и поведением дает понять: пора и вам меняться. Одним словом, ее переходный возраст обрушился на нас внезапно, вдруг.
    Началось все тогда, когда дочери не исполнилось еще и двенадцати лет. Я о чем-то разговаривала с ней, и вдруг — совсем не в тему — Света сказала мне: «Мам, по-моему, у меня начался переходный возраст». «Почему ты так думаешь?» — спросила я и получила не просто ответ, а формулировку: «Я в вас с папой стала видеть очень много недостатков».
    Таким образом, дочь дала нам понять, что, как говорил Карлсон, с этого момента не мы ее воспитываем, а она нас.
    …Однажды, когда дочери было 14 лет, по дороге из школы она увидела в парке компанию юношей и девушек, которые слушали музыку. Ее окликнул парень из школы, который был старше Светы на три года. Она подошла, разговорились, и эта компания приняла Свету, у них нашлись общие интересы – музыка в стиле «металл». И тут понеслось… Каждый день, якобы сделав уроки, она мчалась на место встречи «металлистов», которое изменить было невозможно. На ее руке появился «напульсник», на ноге – цепочка, а комната стала похожа на комнату ужасов: все стены были увешаны плакатами музыкальных групп, на которых были запечатлены мужчины с голубыми и зелеными торчащими дыбом волосами, с татуировками, цепями и прочими атрибутами. Компанией дочь упивалась – с ней, несмотря на субтильность, малый рост, на разницу в возрасте, там общались на равных. А мы с мужем подсчитывали потери: это были плохие отметки, отлучка от чтения, убогие интересы, не говоря уже о той какофонии, которую мы не могли запретить слушать.
    Сказать, что я нервничала, — это значит ничего не сказать. Мне не раз хотелось пойти в эту компанию и всыпать дочери по первое число… Муж не разрешал и говорил: «Мы должны ей верить. Ничему плохому мы ее не учили».
    Каждый день Света рассказывала нам, кто, кому что сказал; у кого с кем любовь; кто сделал аборт… Но и это было еще не все. На нас, родителях, она отыгрывала модель общения, принятую в ее компании. Когда отец пытался Свете что-то объяснить, она говорила чужим голосом: «Шлифуй на нары, заусенец!» Или: «Замолкни, промокашка!» Нам: «Я бью два раза – второй по крышке гроба». Или: «Сейчас как дам… не так больно будет, как устанешь кувыркаться».
    Мы, нервно хохоча, валились со стульев, и она хохотала вместе с нами. Смех все-таки великая сила, он, очевидно, помогал нашему ребенку видеть себя со стороны и таким образом делал нас ее единомышленниками.
    Это продолжалось целый год, и, когда Свете исполнилось 15 лет, я сказала: «А пригласи-ка ты на день рождения своих друзей». Они пришли, я глядела на них, и сердце мое ухало. Но я исправно метала на стол закуски, уходила, оставляя их одних, и, когда спросила: «Горячее будете?» — в ответ услышала: «Давай!»
    Когда гости ушли, я посадила Свету перед собой и, собрав остатки душевных сил, выдала монолог, смысл которого был следующий: «Поздравить мне тебя, к сожалению, не с чем. Ты стала серым, неинтересным человеком… Наверстать упущенное, если ты сейчас не остановишься, будет невозможно… Когда твои ровесники будут кем-то, ты будешь никем – девушкой в напульснике, которая знает только про “металл”…»
    Дочь слушала мой монолог, и в какой-то момент вдруг заплакала, размазывая по лицу тушь, стекающую с ресниц.
    На следующий день Света, обзвонив своих друзей, сказала: «Не звоните мне больше, я не приду…»
    На этом данный сюжет закончился. Мы с мужем, потуже затянув пояса, наняли преподавателей, пытаясь восстановить пробелы в ее образовании. Кое-что не удалось, но из доверия мы не вышли. Многие нам говорили, что с дочерью надо было поступить круто и вовремя. Но сейчас мне трудно представить, что было бы, если бы мы повели себя по-другому. Возможно, каких-то потерь мы могли бы избежать. Но что было бы с дочкой? И с нами?
    
    Газета «24 часа», № 38, 2007

теги: маски молодежь



число просмотров: 2418


обсудить статью
имя *  
город  
отзыв *
введите число "522" *:            
* - поля, обязательные для ввода
В этом номере












Шлифуй на нары, заусенец!



Самые обсуждаемые статьи
«Построй мечту!» (40)

Встречаем по одежке… и провожаем? (39)

Эмо, готы и другие (23)

Про ЭТО. Детям до и после 16-ти рекомендуется (22)

Бог не дает авансом (22)

Красота – залог успеха? (18)

У меня остался лишь ТЫ! (17)

Когда мужчины нацепляют платочки (17)

Про дружбу с неверующими... «юбчонками» (14)

«Чем ты отличаешься от неверующих одноклассников / сокурсников?» (14)

«Сокровенный дневник Адриана Пласса…» (часть 2) (13)

Про аплодисменты в церкви (12)

«Сокровенный дневник Адриана Пласса в возрасте 37 3/4 лет от роду» (11)

Не забудь прочитать инструкцию! Воля Божья и спутник жизни (10)

Коллективное творчество, или Что я думаю о Празднике жатвы (9)

В мире свиданий (9)

Апокалипсис (8)

Свидетельство веры (8)

Про фильмы (7)

Число зверя и штрихкоды (7)


Copyright © 1998-2017 ОЦЕХБ СПб и ЛО
Все права принадлежат Объединению церквей евангельских христиан-баптистов г. Санкт-Петербурга и Лен. области
Условия перепечатки
МЕСТНАЯ РЕЛИГИОЗНАЯ ОРГАНИЗАЦИЯ "САНКТ-ПЕТЕРБУРГСКАЯ ЦЕРКОВЬ ЕВАНГЕЛЬСКИХ ХРИСТИАН-БАПТИСТОВ" зарегистрирована Министерством юстиции за № 220-Р от 22.12.1999 г. ОГРН 1027800013768 ИНН 7802038805
Разработка, дизайн - студия WaveDesign